Портал Мусульман Кавказа

Нужно ли возвращать бывших боевиков к мирной жизни

100% нравится
17 октября 2016, 11:49

Нужно ли возвращать бывших боевиков к мирной жизни

Опыт ставропольской комиссии по адаптации террористов и экстремистов показывает: нужно и как можно скорее.

ПОДНОЖКА БАНДПОДПОЛЬЮ

Сегодня в России, как и во всем мире, ни один выпуск новостей не обходится без сводки сражений в странах Ближнего Востока. Однако в мире новостей совсем забыли про другой фронт - мирный. Это - работа на опережение, призванная вернуть к мирной жизни хоть одного боевика. Именно эта невидимая и кропотливая работа изо дня в день спасает от смерти как потенциальных жертв, так и их возможных убийц. На вопрос о том, нужно ли возвращать бывших боевиков к мирной жизни, ответ однозначен: нужно и как можно скорее. Так они натворят меньше бед и станут хорошим примером другим, готовым к военным действиям.

В России вот уже несколько лет работают комиссии по возвращению и адаптации лиц, добровольно отказавшихся от террористической и экстремистской деятельности. В каждом регионе они состоят из органов власти, силовых и судебных структур, и рассматриваются там дела как ушедших в бандподполье на Северном Кавказе, так и выехавших на войну в страны Ближнего Востока.

Программа предполагает адаптацию бывших террористов к мирной жизни, при этом не затрагивая вопросы их вины и назначения им наказания (это исключительная компетенция судебных органов).

- На самом деле уехавшие воевать в Сирию и в Ирак люди чаще всего сами оказываются жертвами пропаганды, - рассказывает сотрудник отдела общественной безопасности, межнациональных отношений, по профилактике коррупционных и иных правонарушений администрации Степновского муниципального района. - Поверив в обещания о справедливом и праведном укладе жизни в ИГИЛ*, человек лишь на месте понимает, что все не так просто, как было на словах.

В Степновском районе есть семья Медаевых, где сын уехал на Ближний Восток, там был ранен и стал инвалидом. До того как уехать туда, он успешно окончил юрфак в Ставрополе, собирался стать адвокатом, женился. Теперь неизвестно, какова его судьба. Ситуация усугубляется тем, что вслед за ним выехала его супруга и там родила ребенка. Никакой связи теперь с семьей нет, узнать их судьбу невозможно.

Другой случай произошел в Ессентуках. Отец-мусульманин в 2013 году обманом под предлогом туристической прогулки увез в Ирак 11-летнего сына. Мать, оставшаяся в Ессентуках, до 2016 года получала от сына лишь короткие сообщения в WhatsApp и иногда видеотрансляции. В одном из сообщений сын рассказал, что отца убили и он теперь на попечении так называемых «братьев».

- Я не раз его спрашивала: сынок, ты хотел бы вернуться? - рассказывает его мама, жительница Ессентуков Елена. - Он отвечал, что документы его сожгли при переходе границы, а в России его ждет пожизненная тюрьма. Так сказали ему его братья. Ему внушили, что здесь всех сажают в тюрьму. Хотя я сама много раз ему говорила, что в России не судят несовершеннолетних и проблем с его возвращением не будет.

Уехавшие на войну из России твердо уверены, что на родине их ждут тюрьма и суровое наказание. И все-таки они вспоминают про родных, звонят и пишут им сообщения. Отец боевика из Степновского района Рамзан Ризванович Медаев осуждает поступок сына, не хочет о нем ничего даже слышать, но его мама, Малика, готова принять его обратно любого, лишь бы сын с семьей вернулся.

- Пусть хоть какой, хоть раненый, хоть инвалид, любой, но возвращается, - плачет она. - У правоохранительных органов есть такая форма работы, как склонение к явке с повинной через родителей, чтобы они потом не получили похоронку на своего ребенка, - продолжает разговор сотрудник отдела общественной безопасности, межнациональных отношений, по профилактике коррупционных и иных правонарушений администрации Степновского муниципального района. - При этом мы просим их любыми способами оказать содействие, чтобы он вернулся, убедить, если он вдруг окажется на связи, задуматься о возвращении, рассказать про систему адаптации. Человек должен знать, что его случай будут рассматривать отдельно, учитывая все смягчающие обстоятельства, но - в рамках закона. И речь здесь не только о справедливом возмездии, но и о политике вытягивания из конфликта и адаптации людей, разными путями попавших в него. Если виноват - накажут, если на его руках нет крови, - то наказание будет максимально гуманным. Родители и близкие в таком случае выступят как поручители.

ОТБИТЬ У ВОЙНЫ

На Ставрополье статистика уехавших и вернувшихся, по понятным причинам, сильно размыта. По сравнению с другими регионами Северного Кавказа наш край выглядит более-менее спокойно: из Дагестана воевать на Ближний Восток выехали свыше 1000 человек, из Чечни - около 500 - 600, из КБР - свыше 200, из КЧР - свыше 200, со Ставрополья - около 100 человек. Но уже известно, что четыре человека добровольно вернулись из зоны боевых действий по программе возвращения и адаптации.

Трое из них прошли все проверки и были приговорены к условным наказаниям. Дело четвертого находится пока в суде на рассмотрении. Для того чтобы покончить с боевым прошлым и вернуться к мирной жизни, не обязательно сразу возвращаться. Если человек боится, то даже из другой страны «закинуть удочку» можно с помощью родных и близких. 

- Механизм таков: человек, который готов отказаться от террористической деятельности, может через родственников или тех, кому доверяет, передать письменное заявление об этом, - рассказывает руководитель аппарата антитеррористической комиссии Ставрополья Игорь Аникеев. - Он должен сам выразить свое желание вернуться к мирной жизни, даже если находится в другой стране. После того, как это заявление написано и передано в органы власти, его рассматривает специальная комиссия, в состав которой входят руководители края, представители силовых структур, в том числе органов безопасности, Следственного комитета и общественности. При рассмотрении обязательно учитываются характеристика с места жительства, поручительства родных и близких. Комиссия дает обратившемуся определенные гарантии на возвращение.

Окончательный вердикт и ходатайство комиссии будут зависеть от множества факторов, и, если у следствия не окажется данных, что человек был замешан в убийствах или иных противоправных действиях, то комиссия может ходатайствовать перед органами следствия и судом о том, чтобы к бывшему боевику отнеслись гуманно, с учетом смягчающих обстоятельств, и избрали меру пресечения (или определили меру наказания), не связанную с лишением свободы. Смягчающие обстоятельства - наличие малолетних детей, престарелых родителей, хорошие отзывы соседей и окружения.

Как правило, самые заинтересованные в возвращении бывшего боевика - родственники. Они в этой ситуации могут приложить максимальные усилия, чтобы следствие и суд учли все жизненные обстоятельства и назначили более гуманное наказание. Конечно, определенный общественный контроль будет сопровождать человека какое-то время. Тем более что будет запущен процесс адаптации.

- Для человека, вернувшегося из бандподполья, а также членов его семьи, будет комплексно решаться вопрос о трудоустройстве, если нужно - переподготовке, получении дополнительного образования, постановке на учет как безработного, выплате пособий, - продолжает руководитель аппарата антитеррористической комиссии Ставрополья Игорь Аникеев. - Если понадобится, для его детей будут обеспечены места в детском саду, а супруга - по возможности трудоустроена. Если у человека поддержка семьи, он поймет, что он нужен, что ему помогут, он уже не попадется на уловки вербовщиков.

Таким образом, органы власти и комиссия по адаптации, по сути, взяли на вооружение тактику вербовщиков - они видят болевые точки семьи и готовы оказывать помощь.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Нельзя сказать, что Ставропольский край изобрел какую-то новую линию в поведении при возвращении боевиков к мирной жизни. Эта тактика проверена и обкатана в республиках Северного Кавказа и уже дала хорошие результаты. Например, в Дагестане в 2015 году 65 боевиков и их пособников обратились в правоохранительные органы и комиссии по примирению и согласию с заявлениями о добровольном отказе от террористической деятельности. В 2014 году глава КБР Юрий Коков отметил существенное снижение активности бандгрупп благодаря работе с семьями и родственниками членов НВФ и последующей комиссии по содействию в адаптации к мирной жизни лиц, отказавшихся от участия в террористической деятельности.

* ИГИЛ - запрещенная в России террористическая организация.

Татьяна Гущина

Материалы по теме: Как дети из благополучных семей уходят к террористам 

Просмотров: 148

Понравилась статья? расскажите друзьям:

Комментарии (0)

    Вверх