Гаяз Исхаки

0
103

«В мусульманских странах» – так называются путевые заметки  общественного деятеля и писателя Гаяз Исхаки (1878-1954). Впервые они были опубликованы в журнале “Яңа милли юл” (“Новый путь нации”) в 1932 году. Автор был среди делегатов Всемирного конгресса мусульман. Для нас представляют интерес впечатления и наблюдения мастера пера об образе жизни и взглядах мусульман Палестины и Египта более 80 лет назад.

Предлагаем вниманию читателей завершающую часть очерка.

–  Мне удалось разыскать  Рияза ас-Салях бека, который был избран на Всемирном мусульманском конгрессе в секретариат. Этот энергичный и искренний молодой человек довольно таки тонко разбирающийся во всех хитросплетениях национальной арабской действительности, вне сомнения, в будущем будет играть ведущую роль в политической жизни Аравийского полуострова. Затем у меня состоялась встреча с духовным лидером и крупным религиозным деятелем мусульманской общины города Тараблус, выходцем из военного сословия Баширом эфенди аль-Сахдави.

Он изъявил желание сопровождать меня по Бейруту и обещал познакомить с известными общественными деятелями, а также помочь найти адреса моих знакомых. Прежде всего, мы нанесли визит верховному муфтию, и я от имени татарского народа выразил ему признательность. Муфтий произвел на меня впечатление весьма образованного и приятного в общении человека. Еще что меня поразило в нем – это широта его взглядов и эрудиция.

Мы с моим спутником побывали в редакциях самых популярных местных газет таких, как «Ан-Нида» («Призыв») и «Аль-Баляг» («Воззвание»). После полудня состоялась встреча в редакции газеты «Аш-Шарк» («Восток») с ее главным редактором, участником Всемирного мусульманского конгресса господином ‘ауни. Мне рассказали, что в типографии, в которой печатается их издание тиражируется также одна газета на армянском языке. Нам был представлен ее редактор. Мы разговорились.

Тема нашей беседы был недавно завершивший свою работу Всемирный мусульманский конгресс. Редактор-армянин сказал о том, что внимательно следил за работой форума и старался  подробно рассказывать на страницах своего издания о деятельности конгресса, печатать материалы и выступления его делегатов.

Это связано прежде всего с тем, что здесь проживает большое количество выходцев с Кавказа и они очень интересуются положением мусульман в России, в частности, о том, какие притеснения чинятся им со стороны большевистских властей. Редактор также сказал, что часть армян проживает и в пределах России, а потому они не безразличны к судьбе своих соотечественников, и вполне естественно, что они желают благополучия всем народам. Собеседник также сообщил, что в Сирии проживает около ста тысячи армян. После этого я направился в один из колледжей Бейрута.

Время было позднее и мне не представилось возможным побывать и ознакомиться с другими достопримечательностями города. Я поставил перед собой цель разыскать свою единственную соплеменницу, которая долгие годы занимается преподавательской деятельностью. Однако то ли от того, что адрес был неточным, то ли по другим причинам мне не удалось разыскать ее и увидеться с ней. По договоренности с Риязом ас-Салях беком у  меня была цель – выступить с докладом о положении мусульман в большевистской России, однако без разрешения французской полиции не представилась возможность организовать это мероприятие.

Пришлось довольствоваться частными встречами и обменом мнениями во время званых обедов. Наступил день отъезда. Я, прихватив билеты, отправился на почту дать телеграмму в Берлин. Почтовые служащие пошли на разные уловки, чтобы не передать текст, составленный на турецком языке. Они настаивали на том, что в текст сообщения может вкрасться ошибка, так как в Европе не понимают турецкого языка. После этого я был вынужден обратиться к начальнику почтамта.

Он заявил, что это делается исключительно в моих же интересах, так как из-за неправильного прочтения слов телеграммы возможно разночтения. Я же твердо стоял на том, чтобы они не беспокоились о моих интересах и что я буду удовлетворен в том случае, когда моя телеграмма достигнет адресата, ведь до сих пор из любого уголка Европы я беспрепятственно мог отравить сообщение на турецком языке и никак не могу взять в толк, почему  здесь нельзя сделать этого. Начальник стал убеждать меня в том, что весь сыр-бор из-за турецкого языка. Однако мои старания не прошли даром и мне все-таки удалось отправить телеграмму на турецком.

Очевидно, что здесь прослеживалась политика по искоренению турецкого влияния. Это происходит и потому, что у турецких консулов и чиновников не доходят руки до столь мелких вещей…Я направился на посадку на пароход. Начался паспортный контроль во время, которого мне порядком заморочили голову разными вопросами. После чего меня еще долго продержали  в комнате ожидания и, наконец, объявили, что можно размещаться в своей каюте, так как с визой все в порядке. В ночь на 8 марта пароход отчалил от пристани и я завершил свою одиссею, которая затянулась на три с половиной месяца. 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь