Размороженный конфликт

0
143

Около 30 армянских и азербайджанских солдат погибли во время ожесточенных боевых столкновений в ночь с пятницы на субботу, самых страшных с подписания в 1994 году перемирия в этой самопровозглашенной армянской республике.

Конфликт между Азербайджаном и Нагорным Карабахом, который считается замороженным с подписания перемирия в 1994 году, опасно разогрелся в ночь с пятницы на субботу: между армянскими и азербайджанскими силами вспыхнули редкие по напряженности бои. По заявлению армян, Азербайджан начал в пятницу масштабное наступление на карабахскую границу с применением танков, артиллерии и вертолетов. Силы самопровозглашенной республики сообщили об уничтожении двух вертолетов, беспилотника и трех танков, а также значительных потерях в рядах противника.

В Баку незамедлительно опровергли факт наступления, подчеркнув, что лишь ответили на артиллерийский обстрел из крупнокалиберных орудий с армянской стороны. По официальным данным, 35 армянских солдат были ранены, а 18 погибли, а потери азербайджанской армии составили 12 человек. С обеих сторон есть жертвы среди мирного населения, в том числе дети. «Это еще не война, но уже и не мир», — вздыхает Стелла Балаян. Эта невысокая 60-летняя женщина потеряла старшего сына: его застрелил снайпер на азербайджанско-карабахской границе в мае 2014 года. Такие слова тут можно было услышать часто. До прошлой пятницы…

Бои продолжались все выходные, несмотря на «одностороннее прекращение огня», которое в воскресенье было объявлено Баку и опровергнуто в Ереване. В Степанкерте же говорят об «интенсивных боях». Но опять-таки не о «войне». Нагорный Карабах провозгласил независимость в 1991 году и отделился от Азербайджана ценой кровопролитной войны (30 000 погибших) и сотен тысяч беженцев (в основном азербайджанцев). Действующее по сей день перемирие 1994 года не позволило урегулировать конфликт Еревана и Баку, которые никак не могут договориться о статусе региона. Тем более что карабахские армяне на момент победы заняли пять пограничных провинций, создав буферную зону с Арменией и лишив Азербайджан 20% довоенной территории.

«Карабах — не синоним конфликта, мы не зациклены на войне и не хотим, чтобы она определяла наш статус, — говорит министр иностранных дел Карен Мирзоян. — Карабах — это прежде всего государство, его жители с их повседневными проблемами, точно такими же как у обычных европейцев и американцев. У нас есть экономические и социальные трудности, но страна развивается, мы строим больницы и детские сады. Мы проводим свободные выборы».

Сегодня у маленькой самопровозглашенной республики (4 400 квадратных километров и 140 000 жителей), которая стремится однажды воссоединиться с Арменией, есть конституция, парламент, государственная символика и армия в 20 000 человек. Однако она все еще не признана международным сообществом, а Азербайджан рассматривает ее как оккупированную часть собственной территории. Даже Армения признает ее де факто, но не де юре. «Мы не перестанем существовать лишь потому, что никто не хочет нас признать», — настаивает Карен Мирзоян.

Последние три дня жизнь в Степанкерте идет своим чередом, если не считать группы молодых и не очень людей, которые записываются добровольцами на фронт. После обстрелов во время войны столица (52 000 жителей) стремится стать символом возрождения региона: аккуратные улицы, современные постройки, впечатляющие административные здания, несколько почти что модных кафе. «Не секрет, что тут жизнь лучше, чем во многих других уголках Армении, — признает главный редактор портала Karabakh-open.info Анаит Даниелян. — Меньше бедности, коррупция не такая разнузданная, как в Армении, демократические институты работают лучше. Но, несмотря на свободу слова, нет влиятельных свободных СМИ, и существует нечто вроде самоцензуры, стремления не произвести плохого впечатления». Жители же недовольны социальным неравенством, маленькими зарплатами, высокими налогами и коммунальными тарифами, трудностями с жильем…

Как бы то ни было, проблемное положение не мешает Нагорному Карабаху стремиться к статусу полноправного независимого государства, которое обладало бы собственными институтами и могло проводить двусторонние отношения с самыми разными партнерами, а не только Арменией. Республика зажата среди азербайджанских земель и находится в состоянии экономической и политической зависимости от Еревана. В то же время она развивает прямые дипломатические связи, в первую очередь со странами, где есть большая армянская диаспора, что, естественно, вызывает раздражение в Баку. За неимением возможности открыть посольство, Нагорный Карабах полагается на постоянные представительства, официальная цель которых «облегчить обмен политической и дипломатической информацией в процессе урегулирования конфликта» и «работать для укрепления и международного признания Нагорного Карабаха».

«Диаспора оказывает нам огромную помощь, особенно в области инфраструктуры и строительства, но другие страны, даже Россия, не инвестируют здесь из-за нашего неопределенного статуса и давления со стороны Баку, — недоволен премьер Нагорного Карабаха Араик Арутюнян. — Проблема в том, что Россия, Европа и США договариваются с Азербайджаном, потому что у него есть нефть».

У России, которая вместе с Францией и Германией входит в Минскую группу ОБСЕ по урегулированию конфликта, есть собственные интересы в регионе. Армения и, как следствие, Нагорный Карабах находятся в сильнейшей зависимости от нее, как в экономическом, так и военном плане. После заигрывания с Европейским Союзом вокруг договора о свободной торговле Ереван в конечном итоге решил присоединиться к Евразийскому союзу России, Белоруссии и Казахстана. Кроме того, Москва — главный поставщик оружия, как для Азербайджана, так и для Армении, на территории которой находятся российские военные базы. Как отмечают некоторые наблюдатели, Кремль выступает главным гарантом карабахского статус-кво. «Как и все созданные им замороженные конфликты, карабахский служит для него средством контроля, — объясняет бывший министр иностранных дел Нагорного Карабаха Армен Меликян. — Карабах стал заложником отношений России с Арменией и Азербайджаном, разменной монетой. Главный риск может быть связан с ухудшением отношений Москвы и Еревана или же необходимостью для Москвы заручиться безоговорочной верностью Баку».

Последние годы на границе постоянно возникают стычки, воинственные заявления сторон свидетельствуют об упорном нежелании идти на уступки для продвижения к мирному решению. Но кто на этот раз подлил масла в огонь? Некоторые наблюдатели считают, что ответственность лежит на азербайджанцах, у которых имеется куда больше причин, чтобы нарушить неудобный статус-кво и попытаться вернуть силой отнятый у них регион. В интервью российскому телевидению посол Азербайджана Полад Бюльбюль-оглы не стесняется жестких выражений: «Давно пора прекратить этот конфликт. Президент Азербайджана Ильхам Алиев много раз в своих выступлениях подчеркивал, что Азербайджан — приверженец мирного решения нагорно-карабахского конфликта, но если этот конфликт разрешаться не будет, то мы будем применять силу для того, чтобы освободить свои земли от оккупации».
Le Temps, Швейцария

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь