Следующая фаза ближневосточного конфликта

0
59

В ходе битв за Мосул и Ракку ИГИЛ (запрещена в России) вытесняется  из Сирии и Ирака, но самопровозглашенный халифат никогда не был государством, которое можно было бы заставить безоговорочно капитулировать. Битвы за Мосул и Ракку никогда не будут решающими, даже если в результате и будут разрушены оплоты ИГИЛ. Поэтому не стоит забывать и о других территориях, куда может проникнуть террористическая группировка.

Как пишет Project Syndicate в статье The Next Phase of Middle East Conflict, ИГИЛ сегодня меняет стратегию, вдохновляя террористические атаки на Ближнем Востоке, в Европе и даже в Юго-Восточной Азии. Следующим шагом может стать дестабилизация арабских режимов изнутри – стратегия, которой не смогут противостоять международные коалиции, находящиеся сейчас в Ракке.

Это тем более верно, учитывая отсутствие сплоченности и хрупкость коалиций. Президент США Дональд Трамп основывает всю свою стратегию на Ближнем Востоке на страхах Саудовской Аравии не только перед ИГИЛ, но и перед Ираном. Суннитские державы региона, ободренные стратегией Трампа, объединились против ИГИЛ и Ирана, хотя сами зачастую враждуют между собой.

Иран, со своей стороны, признает, что территории, освобожденные от контроля ИГИЛ, вряд ли будут возвращены бывшим правителям. Таким образом, государство усилило свое присутствие на юге Сирии вдоль границы с Иорданией в рамках более широких усилий по созданию контролируемого шиитами полумесяца, простирающегося от Ирана через Ирак в Сирию и Ливан.

Но Израиль не будет молча наблюдать за созданием подобного полумесяца. Он уже дал понять, что иранское присутствие на границе с Голанскими высотами увеличивает риск войны.

США тоже делают все возможное, чтобы не позволить шиитам создать территориальное объединение от Персидского залива до Средиземного моря, в том числе путем авиаударов в приграничном регионе на стыке Ирака, Иордании и Сирии. Американские войска также сбили сирийский военный самолет и два иранских беспилотных летательных аппарата, которыми управляла Хезболла.

Иран не единственная страна, пытающаяся перекроить границы в свою пользу. Курды – ключевые союзники США в борьбе с ИГИЛ – также хотят изменений на карте Ближнего Востока, хотя, конечно, не в такой степени, как Турция. Они стремятся создать собственное государство, и в некоторой степени, даже ожидают этого, учитывая их вклад в победу над ИГИЛ. Масуд Барзани, лидер иракского Курдистана, уже объявил, что в сентябре состоится референдум о независимости среди иракских курдов.

Для Турции предотвращение этого исхода является более приоритетным, чем победа над ИГИЛ или устранение режима президента Башара Асада. Эрдоган опасается, что если иракские курды обретут независимость, они вдохновят  курдских боевиков в Турции – Рабочую партию Курдистана (РПК) – возобновить многолетнюю борьбу за независимость. В Турции опасаются, что РПК может быть легитимизирована на международном уровне.

Учитывая эти проблемы, турецкие силы, уже развернутые в северной Сирии, вероятно, останутся там даже после падения Ракки, чтобы служить буфером между курдами, которые находятся в Сирии и в Турции. Обеспокоенность Турции в отношении курдского сопротивления обоснована, но шансы на создание реальной курдской государственности остаются незначительными, потому что и Иран, и Ирак, и Турцией и Сирия выступают против этого.

Россия является еще одним ключевым действующим лицом на современном Ближнем Востоке, хотя Кремль, похоже, не намерен вмешиваться в суннитско-шиитское противостояние (тем более – в отношения Турции и РПК). В настоящий момент Кремль разделяет цель Ирана по обеспечению существования режима президента Сирии Башара Асада. Но как только ситуация стабилизируется, альянс распадется в жесткой конкуренции за политический контроль над Сирией.

В этом сложном контексте нет места для дополнительной неопределенности. Вот почему Саудовская Аравия – вместе с Бахрейном, Египтом и Объединенными Арабскими Эмиратами – недавно разорвала дипломатические отношения и торговые связи с Катаром, который они обвиняют в дестабилизации региона из-за поддержки иранских доверенных лиц и суннитских боевиков Аль-Каиды и ИГИЛ. С точки зрения Саудовской Аравии и ее партнеров, для Катара настало время выбирать, на чью сторону он встанет как в отношении Ирана, так и в отношении исламистов. На данный момент Катар справляется, получая небольшую помощь от своих оставшихся друзей. И Иран, и Турция готовы заполнить торговую пустоту, оставленную саудовской коалицией. Турция также развернула войска на своей военной базе в Катаре.

В любом случае Катар не является реальной проблемой Саудовской Аравии. И Иран тоже не такая уж проблема. Чтобы превратить феодальное царство в современное национальное государство, Саудовская Аравия должна решить свои внутренние проблемы. Ему не нужны военные союзы и колоссальные сделки на покупку оружия наподобие той, которую его лидеры подписали с Трампом в ходе недавнего визита американского президента в Эр-Рияд.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь