Об исконных традициях и веяниях времени

0
3

…Вроде  бы стараешься закрывать глаза на  многое, но, видимо, мешает приверженность к  национальным истокам, нравственные доминанты, унаследованные от  отцов и  матерей.

Соответствовать представлениям о  прекрасном, жить по  понятиям своего народа, по  его неписанным адатам  — так нас учили наши отцы и  деды. И  эту самобытность они сохранили, будучи в  изгнании, лишённые родного крова и  земли предков. Мы  старались придерживаться этого, несмотря на  изменяющееся время, на  трансформацию нравов и  традиций в  современном мироустройстве.

То, что мы  наблюдаем сегодня, разумеется, беспокоит не  только автора этой статьи, но  и  тех, чьи взгляды никак не  вписываются в  рамки происходящих перемен. Всё, что хотелось сказать, или решить проблему в  формате одной этой публикации, разумеется, не  удастся. Мы  и  не  питаем таких иллюзий. Эта лишь попытка обозначить тему, которую мы  сообща можем с  вами решить, если каждый начнёт с  себя.

Рассмотрим, так сказать, нововведения в  наши традиции на  свадьбах, так как это самая популярная часть нашей жизни, и  не  секрет, что свадьба  — это концентрация нравственных установок, издревле сложившихся в  нашем обществе. Свадебный обряд отчасти демонстрирует и  закрепляет национальное самосознание, со  всеми его составляющими. Свадьба также показывает, на  каком уровне находится у  нас сегодня национальная культура.

 Начнём с  того, что во  главу угла в  этот день ставится задача достойного приёма гостей, проводы и  встреча невесты. А  это значит, что следует показать на  высшем уровне этикет гостеприимства, этикет, проявляемый к  сватам, этикет свадебного эскорта, этикет невесты в  доме родителей и  в  доме жениха и  многое другое. Это всё лейтмотивы свадебного обряда, строго регламентированные до  мелочей, которые сохранили себя до  наших дней с  небольшими лишь изменениями, связанными с  ходом исторического развития.

Застольный этикет и  горячее подношение

К  прекрасному образу свадебного мероприятия в  первую очередь можно отнести праздничное застолье. Речь здесь пойдёт только о  женской стороне вопроса. К  столу предъявлялись два обязательных требования: гостей рассаживали по  статусу  — почётное место занимали сначала родственники старшей женщины в  доме, далее сваты со  стороны старшей невесты, младшей, сваты замужних дочерей и  т.  д. И  второе обязательное требование  — подача основных блюд, то  есть мяса, бульона, картофельного соуса  и, конечно  же, чая.

Что мы  наблюдаем? Не  везде, но  часто гости рассаживаются беспорядочно, потому как за  этим должным образом никто не  следит. Далее, этикет требует, чтобы к  приёму пищи приступали только с  разрешения тамады, что выглядит обычно произношением молитвы, и  заканчивается так  же, с  последующими пожеланиями благополучия новой семье. Если со  стола кому-то нужно было встать, уйти, то  следовало обязательно извиниться.

Сегодня, как правило, ни  тамада, ни  сидящие за  столом не  знают или просто не  придерживаются этих правил. Порядок ингушского застолья нарушается. Что касается обязательной подачи в  горячем виде основных блюд, то  мы  замечаем, что на  стол ставятся разные яства, чтобы удивить гостей, а  должное не  соблюдается. А  ведь как раз за  этим следили раньше, чтобы не  вызвать порицание со  стороны гостей.

Ресторан или ингушский свадебный дом

Отчасти традиции застольного этикета нарушаются и  внедрением в  наше общество ресторанных свадеб. Ничего не  имея против такого нововведения, следует отметить, что нынешние ресторанные условия никак не  вяжутся с  нашими традициями. Размываются понятия «бехке нах»  — почётные гости, не  учитывается возрастной критерий. Масса в  одном зале теряет свою традиционность и  торжественность в  том понимании, в  каком мы  это привыкли видеть, и  с  чем жили столетия.

Само по  себе играть свадьбы на  специально отведённой территории очень удобно, тем более сейчас, когда увеличилось количество городских жителей и  квартирный формат не  позволяет проводить большие ингушские свадьбы. Но, чтобы сохранить традиционность, следует строить свадебные дома в  ингушском духе. Пусть это будет «Ингушский свадебный дом» со  всеми составляющими. Думаю, читателю вполне понятно, о  чём идёт речь.

О  свадебном наряде, букете и  образе невесты в  целом

Как  же втолковать девушкам, что прекраснее нашего национального наряда, с  особым шармом традиционности, с  неповторимой красотой и  изяществом, ещё ни  один дизайнер моды не  придумал. Почему девушки предпочитают ему бальное платье? И  делают они свой выбор с  молчаливого согласия родителей.

Не  вяжется с  ингушскими представлениями о  красоте и  длинный шлейф платья невесты. Бедная девушка волочит его по  полу, с  трудом умещает в  машину, чтобы потом дотащить до  угла. Вот и  весь маршрут. Дальше он  теряет свой смысл.

Не  вписывается в  образ ингушской невесты и  свадебный букет. У  нас в  национальный костюм уже включена деталь, которая должны быть в  руках  — эта сумочка. Она предназначалась для предметов личной гигиены и  для денег, которые невеста в  качестве подарка дарит молодым снохам и  детям, и  для денег от  друзей жениха, которыми они одаривают невесту.

А  теперь что? Если невесты, у  которых мы  заимствовали свадебный букет, бросают его через голову и  таким образом избавляются от  него, выбирая девушку на  роль следующей невесты, то  нашим невестам либо остаётся следовать их  примеру, к  чему, видимо, скоро мы  и  придём, либо держать букет в  руках до  помрачнения вместе с  сумочкой, пока она не  избавится от  него. И  пылится он  потом где-то в  углу. Это нововведение, увы, прочно закрепилось уже в  наших традициях. Причём везёт букет девочка со  стороны жениха, а  родственники невесты его, так сказать, «выкупают». Так смысл в  чём?

Теперь о  головном уборе. У  нас в  наряде присутствует шапочка, поверх которой накидывается вуаль. Вуаль делает невесту таинственной, каждой гостье хочется приподнять её  и  заглянуть, посмотреть, какова невеста. Ей  в  свою очередь вуаль помогает скрыть взгляд, чувствовать себя немного комфортнее, ведь все взоры на  свадьбе устремлены на  неё. Сейчас мы  замечаем, что большинство невест открыты. И  лицами, и  манерами, и  без головного убора, ну  если не  учесть, что там, на  заднем фоне причёски, висит небольшая завеса. Это, может, и  нравится кому-то, бесспорно, иначе  бы не  надевали. Но  это, однозначно, не  прекрасный образ ингушской невесты.

Невеста и  торт

Возьмём теперь нашумевшую в  соцсетях историю с  разрезанием невестой свадебного торта. Откуда эта традиция? Зачем она нам  — ингушам? Где образ неподвижности, загадочности, таинственности? Где опущенный взор, грусть в  глазах, показывающие её  внутренние переживания, разлуку с  родным домом и  тому подобное?

На  свадьбе ингушской невесте подобает стоять скромно в  углу, опустив глаза и  лишь изредка поднимая взгляд. Лишние движения теряют создаваемый в  тот день всеми ореол торжественности. А  что  же мы  имеем? Если не  разрезаемый и  подаваемый невестой торт, как в  американских фильмах, что, к  счастью, особо не  уживается в  нашем обществе, то  чрезмерно улыбающуюся невесту, смотрящую по  сторонам и  не  в  меру общительную.

О  публичности фотосессий

Фотография отца рядом с  дочерью, выходящей замуж, вызвавшая возмущение на  высшем уровне в  чеченском обществе, к  сожалению, имеет место и  у  нас. Ладно, мы  уже стали допускать, когда мама позирует рядом с  дочерью-невестой. Хотя хозяйке дома в  этот день положено следить за  организацией свадебного мероприятия, каждому гостю уделить нужное внимание, поставить доверенных «смотрителей» за  каждым столом и  тому подобное. Но  мама крутится возле дочери, выходящей замуж. Это у  ингушей всегда считалось недостойным поведением. Но, как видим, сегодня это стало уже нормой.

Стало нормой для многих выставлять и  фотографии молодожёнов. А  теперь вот и  отец пристроился рядом с  дочерью. Интересно, что  бы сказали на  это матери и  отцы этих современных отцов и  матерей. Кто-то скажет  — это их  личное дело, и  не  ошибётся. Речь идёт о  том, что красиво и  что недостойно по  представлениям ингушского народа. В  данном случае нарушаются традиции сдержанности и  скромности. Безусловно, родители любят свою дочь, но  об  этом у  ингушей не  принято было ни  говорить, ни  демонстрировать.

А  «фотосессия» невест? Вот она, то  размахивающая «крыльями», то  утопающая в  свадебном платье на  полу или на  кровати. Такая демонстрация себя тоже не  наша культура. Никто не  против фотографий, но  оставьте их  в  семейном архиве. Зачем выставлять? Не  думаю, что это обрадует будущего супруга или его родственников, живущих по  ингушским понятиям «достойного и  недостойного». Это уже маленький клин в  ваш семейный фундамент. Уж  как надо будет постараться потом, чтобы закрыть эту трещинку.

Деньги за  исполнение танца

Теперь о  другой новой тенденции, свидетелем которой тоже приходится быть, если в  свадебное торжество вошла лезгинка. Это  — деньги, которые протягивают джигиты нашим горянкам во  время танца. И  они берут и  демонстративно несут их  по  кругу, как добытое в  бою знамя и  кладут в  карман. Никогда, ни  в  какие годы девушка-ингушка себе такого не  позволяла. Да, мы  это наблюдаем у  других народов. Ничего не  имея против, просто скажем, что это тоже не  наша традиция. Наши предки нам эту культуру не  прививали, отвергали её  напрочь, признавая за  ней некое мещанство и  потерю духовности.

Наши девушки в  танце испокон веков демонстрировали скромность, гордость, грацию, а  не  возможность «заработать» и  продемонстрировать телодвижение.

К  сожалению, приходится быть свидетелем того, что на  это спокойно взирают старшие, которые не  делают замечание ни  девушкам, ни  парням. Что касается молодых, тут дело в  незнании наших адатов, именно так мы  понимаем это отклонение от  традиций. А  что  же старшие?

Свадебный эскорт

Теперь пару слов и  о  свадебном эскорте, точнее, о  поведении некоторых джигитов, «всадников без головы», которые проделывают разного рода трюки во  время движения, создавая аварийные ситуации и  считая такого рода лихачество и  хамство составляющим обряда свадебного эскорта. Это касается и  беспорядочной стрельбы.

По  традиции, стрелять, и  то  из  ружья, дозволительно было во  время ввода невесты в  дом жениха, не  более. Хотя «охотники» пострелять были всегда, но  их  действия вызывали в  народе осуждение. И, как правило «героические» проступки совершают  те, кому безразлична судьба молодых, да  и  само свадебное мероприятие. Они обычно делают это, чтобы «оторваться», бросая вызов всем, кто призывает к  порядку и  благоразумию.

Что делать?

Малостью назвать все эти отклонения мы  не  имеем права. Эти новшества весьма опасны, поскольку быстро распространимы и  приживчивы. Как известно, малый «грех» имеет характер медленного проникновения и  разрушения целостного. Множество отступлений от  исконных традиций начинают утверждаться в  народе, с  осознаваемым чувством неизбежности времени. Вот тут наступает нивелирование народностей. А  это куда опаснее, чем реально кажущаяся угроза исчезновения народа.

Так что в  вопросе что делать, ответ один  — бороться за  сохранение исконных традиций всеми доступными средствами. Раньше этим занимался социальный институт старших женщин. Не  секрет, что женщина сохраняет народ, она есть образец культуры. Старшие женщины подмечали, что верно, что нет  и, порицая, призывали к  порядку, а  поощряя и  давая высокую оценку, закрепляли в  сознании молодых женщин наши традиции. Но  сегодня эта система не  работает в  силу разных причин.

Что остаётся? Остаётся  то, что этим должны заниматься работники культуры, образования, СМИ, те  же блогеры и  все, кто позиционирует себя настоящими патриотами, ибо нашу культуру, в  отличие от  другой ситуации, не  зависящей от  нас, никто у  нас не  отнимает. Мы  сами, предавая её  поэтапно забвению, подвергаем её  уничтожению. Вот где надо бить в  колокола, чтобы не  было потом поздно.

Всё остальное обратимо, дело лишь времени.

Лилия Харсиева

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь