Ветераны – наше богатство

0
223

Время неумолимо бежит вперед. Изо дня в день наши дорогие ветераны покидают нас, унося с собой воспоминания о своих подвигах. На нашу просьбу организовать встречу с кем-нибудь из ветеранов Великой Отечественной войны для интервью председатель Чегемского районного Совета ветеранов войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов Борис АРИПШЕВ ответил: «Теперь это большая роскошь. К сожалению, их практически не осталось. Таким богатством у нас обладает только Совет ветеранов с. Яникой, где проживают три ветерана войны». Мы не преминули воспользоваться такой возможностью и написать о них. 
Душевные раны  
Магомеда Бекмурзаевича ХОЧУЕВА призвали на фронт 5 июня 1942 года в воздушно-десантные войска. Проходил подготовку в учебном батальоне на левом берегу Волги. С сентября 1942 года до мая 1943-го находился на Северо-Западном фронте под Ленинградом в составе 15-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, где служил наводчиком ПТР. С мая 1943 года оказался на Центральном фронте. На Орловско-Курской дуге командовал отделением ПТР. В середине августа в боях под Орлом был ранен, лечился в городе Онега. После выздоровления в ноябре 1943 года был направлен на Карельский фронт в 168-ю ОМСБ, где командовал отделением саперов. Завершил войну в Норвегии в городе Киркенесе, а День Победы встретил в Москве. 
Это краткое описание самых тяжелых и незабываемых лет в жизни Магомеда Хочуева. Рассказывать о тех годах он может бесконечно. Вот лишь один из эпизодов. «Рассказать, тем более описать все пережитое за восемь месяцев на Северо-Западном фронте невозможно. Расскажу лишь об одном случае. Однажды нашей разведгруппе приказали достать «языка» с переднего края обороны противника. Когда стемнело, пошли обследовать местность – подходы к траншее противника. Удобство для нас представлялось тем, что высоту посередине разделял пополам глубокий овраг. На следующую ночь, вооружившись веревками и куском тряпки, отправились на задание. Нам удалось подползли без помех к траншее и, воспользовавшись моментом ухода дежурного, решили взять часового. Один из моих товарищей должен был связать ему ноги, другой – руки. Мне надо было затолкать тряпку в рот. Мои товарищи быстро справились, а я никак не мог заткнуть рот. Удалось это только тогда, когда он закричал. Но было поздно. Мы покатились в овраг. Я, на мое счастье, вместе с фрицем угодил в глубокую промоину. Пулеметчик заметил место моего падения и вел прицельный огонь так долго, что мне казалось, что это никогда не закончится. Было ощущение, словно пули скользят по моей спине. Они сыпались совсем рядом. На наше счастье, немцы не стали спускаться в овраг. После прекращения огня мы благополучно вернулись к себе с «языком». Но даже после войны, когда вспоминаю этот случай, чувствую, как по спине пробегает холодок». Таких страшных моментов в военные годы было еще немало. Но большое разочарование Магомеда Бекмурзовича ждало потом, когда наступило мирное время. 
«В момент демобилизации начальник штаба вызвал меня и сказал, что мне нет смысла ехать на Кавказ, так как балкарцев выселили в Среднюю Азию. Моя радость была омрачена, я был в шоке. Так оказался в столице Казахстана без родных и близких, без крыши над головой, не имея ни образования, ни специальности. Печальной была и судьба семьи. В живых остались только две сестры матери и младший брат. Все остальные умерли от голода и болезней еще в 1944 году. Ранения, полученные в годы войны, были несравнимы с той душевной травмой, которую я получил, узнав о гибели почти всей семьи».  
Но жить дальше как-то надо было. В 1954 году он окончил вечернюю школу и поступил в Казахский государственный сельскохозяйственный институт на факультет механизации сельского хозяйства. По окончании его назначили главным инженером, а через год заместителем председателя колхоза. В 1974 году заочно окончил экономический факультет и курсы по подготовке руководящих кадров, после чего проработал на руководящих должностях до июня 1977 года. В том же году вернулся на родину и поселился в селе Яникой, где жил его брат Али. Получил должность начальника планово-производственного отдела сельхозхимии Чегемского района. В 1987 году стал персональным пенсионером республиканского значения. Он по праву гордится наградами – орденом Славы III степени, орденом Отечественной войны II степени, медалями «За Победу над Германией» и «За доблестный труд». Но самое ценное для него – четверо сыновей, три дочери и восемь внуков.  
у каждого своя война 
Довоенная жизнь Муталифа Султановича МИРЗОЕВА сулила ему прекрасные перспективы в жизни. Родился в 1913 году в с. Верхний Чегем (Эль-Тюбю), в 1932 году переехал с родителями в Былым. В 1937 году поступил в ветеринарный техникум в Нальчике и одновременно до 1941 года выступал в ансамбле песни и пляски. В январе 1941 года женился на Софии ГЕЛЯСТАНОВОЙ из с. Яникой.  
Но все оборвалось в одночасье.  26 июня того же года его призвали в ряды Красной Армии. Проходил службу в Краснодаре в 42-й Кубанской кавдивизии. В июле она была направлена в Крым, где наши войска воевали с хорошо обученными вооруженными механизированными частями немцев. Исход этой неравной схватки был заранее обречен. Крым пришлось уступить. А раненый Муталиф в декабре с 500 кавалеристами попал в плен. Он вспоминает, что условия содержания военнопленных были крайне тяжелыми. Пленные умирали от голода и болезней. В том же месяце он бежал из плена и скрывался на оккупированной немцами территории в Крыму в  с. Старый Кызылбай. Но снова был схвачен фашистами и отправлен в Австрию в лагерь военнопленных. Работал на частной фабрике по переработке древесины. Очередной побег снова закончился провалом. Бежавших наказали двадцатью ударами плетью и поместили в карцер. А что такое карцер в фашистском плену, знают только те, кто там побывал. 
К счастью, Муталифу не суждено было умереть в плену. После освобождения советскими войсками он попал на второй Украинский фронт в танковый полк 6-й гвардейской армии, где прослужил до августа 1945 года. Затем его направили на Дальний Восток, где разгорелась русско-японская война. Однако планы поменялись еще в Польше, поскольку эшелон, в котором находился Муталиф, наткнулся на разрушенные железнодорожные пути и их вернули на прежнее место дислокации. А через несколько дней его направили во Львов в фильтрационный лагерь для военнослужащих, подвергнутых спецпроверке, затем в Среднюю Азию, куда была депортирована его семья. Весь этот долгий путь перед ним стояла серьезная проблема – где найти родных, в какую сторону ехать и к кому обратиться за помощью. Благодаря случайной встрече в Казани с одним татариным ему удалось узнать, что большая часть спецпереселенцев находится в  Джамбуле. Однако семьи Муталифа там не оказалось. Нашел старшего брата Хажрета и мать Кызай в с. Красный Партизан Киргизской ССР, а отца уже не было в живых. Жену удалось разыскать только в 1947 году. Она жила с матерью в с. Дон-Арык в Киргизии.  
В 1956 году Муталиф с семьей и уже двумя дочерьми и сыном вернулся в Яникой. Работать начал в с. Каменка в туфкарьере, получил трудовое увечье во время взрывных работ и стал инвалидом II группы. Администрация туфкарьера выделила им две комнаты в доме, который в свое время принадлежал отцу Софии – Хажи-Юсуфу ГЕЛЯСТАНОВУ. По возвращении на родину в семье Мирзоевых родились еще двое сыновей и дочь. 
Война для каждого была разной. Но всем она принесла лишь горе и потери. Сегодня ветерану о тех годах напоминают награды – орден Отечественной войны II степени, медаль «За Победу над Германией», а также память о нереализованных мечтах и желаниях. Однако все это сполна воздалось ему благодаря любящим детям и дружной семье. 
Такое не забывается 
Махмуд Азретович КУЧУКОВ прекрасно помнит каждый день войны. Все события этого отрезка жизни у него разложены по виртуальным полочкам и обозначены датами и даже часами. На наш удивленный вопрос, как он все это запомнил, отвечает: «Такое не забывается!» 
Война для него началась в 17 лет. Сначала на отлично сдал экзамены в Тбилисское артиллерийское военное училище, где готовили руководящие кадры. Пока оформляли документы, узнали о том, что Махмуд из раскулаченной семьи. Таким не было места в этом элитном учебном заведении. Поэтому его определили в 29-й артиллерийский полк в Азербайджане. Окончил трехмесячные курсы школы младших командиров, и его как хорошего ученика оставили еще на три месяца, чтобы передал полученные знания вновь прибывшим новобранцам. После этого учебное заведение закрыли и всех отправили на фронт. 
Махмуд сразу попал в самое пекло – на Сталинградский фронт в составе 7-й артиллерийской дивизии командиром орудия. Так было суждено, что на протяжении всей войны он оказывался в гуще самых кровопролитных боев: Запорожье, где дивизия получила название Запорожская, 1-й, 2-й и 3-й Украинский фронты, Карело-Финский фронт. «Там дошли до границы Финляндии, – рассказывает М. Кучуков. – Форсировали северную часть. Знаете, финны сопротивлялись сильнее немцев. Ночи там были короткие, и как только наступала темнота, финские снайперы расстреливали с деревьев тех, кто охранял орудия. Каждое утро находили убитых солдат». Но самое яркое впечатление оставило освобождение Будапешта, столицы Венгрии. «Очень тяжело было вести там бои. Построенные на совесть дома брали только бронебойными. Осколочные отскакивали и оставляли на стенах лишь небольшие царапины». Дошел Махмуд до Вены, столицы Австрии, там пришлось еще несколько лет дожидаться отправки домой. Вернулся лишь в 1947 году. «На фронте оставалось много солдат. Их не могли сразу всех отправить обратно. Нужна была определенная последовательность. Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР сначала отправляли стариков и далее по возрастному убыванию».  
В первый же день прибытия в родные края он узнал печальную новость о депортации балкарского народа. Во время войны ему некому было сообщить об этом. Отец был раскулачен и выслан, мать умерла, а единственная сестра была замужем за кабардинцем, что помогло ей избежать участи своего народа.  
Попал в Киргизию, преподавал математику в одном из сел, где находились школа-интернат и детский дом для эвакуированных из Ленинграда детей.  
Вернулся домой Махмуд, как и все, в 1957 году, и его сразу направили на работу в школу с. Хасанья. «Первый человек, с которым я встретился там, была женщина, которая, увидев мои документы, побледнела и чуть не потеряла сознание. Оказалось, она была директором этой школы, а меня назначили на ее место, – вспоминает М. Кучуков. – Я забрал документы и  пришел в министерство просвещения со словами: «Зачем вы назначили меня на «живое» место? Я так не могу». Меня направили в семилетнюю школу в Новокаменке (ныне Яникой), где должность директора была вакантной. В то время даже не знал, где находится этот населенный пункт».  
27 лет он был бессменным руководителем школы с. Яникой. Отстроили новое здание, из семилетки школа перешла в среднюю общеобразовательную. С его именем связано много хороших событий в системе образования села. Поэтому люди старшего поколения вспоминают о нем с уважением и благодарностью. Махмуд Азретович отдал преподавательской деятельности 56 лет. 
Сегодня ветеран войны и труда с гордостью демонстрирует свои награды, среди которых ордена Красной звезды, Отечественной войны II степени, «Знак Почета», медали «Георгий Жуков», «За отвагу», За взятие Будапешта, «За освобождение Сталинграда», знак «Отличник просвещения СССР», медаль «Лучшие люди России». Сожалеет, что часть наград потерял во время депортации.  
Завтра, 10 мая, Махмуд Азретович отмечает свой день рождения. Вместе с ним два главных праздника в его жизни будут отмечать четверо детей, шестеро внуков и двое правнуков. Желаем имениннику долгих лет жизни в здравии и окружении любящих людей.

Материалы Алены ТАОВОЙ

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь